Rusínska otázka - geopolitická pasca pre Rusko?

Этот острый доклад Г.Иванова на конференции «Прикарпатская Русь и Русская цивилизация» вызвал жесткую дискуссию. Нам представляется, что автор, анализируя «русинский вопрос», не обратил достаточного внимания на тот факт, что в русинском движении на Украине сегодня присутствует довольно влиятельная «прорусская партия», которую представляет, в частности, протоиерей Димитрий Сидор.Впрочем, опасения автора, что при обострении обстановки все силы, не ориентированные на США и Запад, могут быть быстро и основательно «зачищены», представляются вполне основательными. В любом случае доклад Г.Иванова, думаем, будет интересен читателю.

Уважаемые дамы и господа, Данные тезисы покажутся многим участникам конференции не просто дискуссионными, но реакционными и даже антирусинскими. Автор не ставил себе за цель рассматривать современную историю и законность прав русинского народа в деле выживания в условиях жесткой духовно-культурной и военно-политической изоляции, а также легитимности стремления русин к региональной автономии или государственной независимости.

Основная цель этого выступления – попытаться оценить нынешнее «расконсервирование» и активизацию «русинского вопроса» в контексте текущей глобальной и региональной геополитики, и как следствие этой «расконсервации» – попытаться соприкоснуться с рисками вокруг возможной реакции России.

В сложившейся геополитической ситуации и при условии целенаправленной работы, Россия является единственной близкой по духу страной, способной в среднесрочной и стратегической перспективе создать систему международных и военно-политических гарантий выживания русинского народа. Но судьбоносный вопрос заключается в том – как и когда (на каком этапе) подключиться к обеспечению этих гарантий – чтобы не было рано и не было слишком поздно? В нынешних раскладах сил, на мой взгляд, «русинский вопрос» играет больше роль провокации для политики России, нежели дает ей реальные геополитические преимущества. В реальной политике следует учесть, что спецслужбы США и ряда стран НАТО активно в течении двух-трех последних десятилетий занимаются «русинским вопросом» и также не сидят сложа руки, чему есть достаточно подтверждений (См., напр.: Владислав Скворцов. Русины и Запад: qui prodest?). Стратегическим аналитикам сложно будет обойти тот факт, что «русинский вопрос» был не только активно изучаем в период «Холодной войны» спецслужбами США и Канады, но эти исследования получили свою новую жизнь после развала СССР в начале 90-х и велись синхронно с изучением узловых проблем Крыма на предмет сепаратизма даже тогда, когда Украина стала рассматриваться в Вашингтоне стратегическим партнером. Это только отдельные и далеко не полные примеры:
Kuzio, T., ‘Rusyns in Ukraine: Between Fact and Fiction’, Canadian Review of Studies in Nationalism, vol.32, nos.1-2 (December 2005), pp.17-29. Madi, Istvan, ‘Carpatho-Ukraine’ in Forsberg, T. ed., Contested Territory. Border Disputes at the Edge of the Former Soviet Empire (Aldershot: Edward Elgar, 1995), pp.128-142.
Reisch Alfred A., ‘Transcarpathia’s Hungarian Minority and the Autonomy Issue’, RFE/RL Research Report, vol.1, no.6 (7 February 1992). Smith, Raymond A., ‘Indigenous and Diaspora Elites and the Return of Carpatho-Ruthenian Nationalism, 1989-1992’, Harvard Ukrainian Studies, vol.XXI, nos.1-2 (June 1997), pp.141-160.

Автор склонен считать, что политика США в отношении постсоветского пространства является внепартийной и направлена на дробление и «балканизацию» этого пространства. Поэтому известное выступление президента США Б.Клинтона на закрытом совещании Объединенного комитета начальников штабов 25 октября 1995 году как никогда актуально и сегодня: «Последние десять лет политика в отношении Советского Союза убедительно доказала правильность взятого нами курса на устранение одной из сильнейших держав мира. Мы добились того, что собирался сделать президент Трумэн посредством атомной бомбы, правда, с существенным отличием. Мы получили сырьевой придаток, а не разрушенное атомом государство… В ближайшее время нам предстоит решение следующих проблем: расчленение оторвавшихся республик на мелкие государства, путем межрегиональных войн, подобных тем, что были организованы в Югославии; окончательный развал военно-промышленного комплекса и армии; установление в созданных государствах нужных нам режимов (выделено автором)…». Современная политика США в отношении России, если не прельщаться громкими заявлениями о партнерстве, нисколько не отличается от политики в отношении СССР – дестабилизация, дробление и дезинтеграция с параллельным устранением ядерной угрозы и установлением контроля над ресурсами и путями их доставки на мировые рынки.

Более десяти лет назад озвученные стратегические планы принимают свою актуальность в контексте очередного прихода к власти демократической Администрации США во главе с Б.Обамой и формирования смешанной (республиканской и демократической) команды в области обороны и безопасности. Следует в этом контексте ожидать воплощение озвученных З.Бжезинским двухпартийной консенсусной повестки дня по приоритетам и стратегии национальной безопасности между республиканцами и демократами (Збигнев Бжезинский. Критика внешнеполитического курса США 05.11.2007, http://nologo.su/2007/11/05/zbignev-bzhezinski-kritika-vneshnepoliticheskogo-kursa-ssha/). «Русинский вопрос» в интерпретации З.Бжезинского должен привести к милитаризации Закарпатья и втягиванию в этот процесс России (Владислав Скворцов. Русины и Запад: qui prodest?).
Автор не исключает, что при определенных условиях, «русинский вопрос» может стать тумблером по аналогии с убийством эрцгерцога Франца-Фердинанда в Сараево вызвавшего необратимые глобальные сдвиги, общеевропейскую дестабилизацию приведшую к Первой мировой войне. Поэтому геополитический расчет, осторожность, гибкость в стратегическом мышлении и благоразумие должны возобладать над эмоциями вокруг вечной дружбы русинского и русского народов, и вспышками политической активности в отношении суверенитета региона, умело управляемой американцами.

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ВАЖНОСТЬ РЕГИОНА
Закарпатье играет существенную геополитическую роль в региональной расстановке сил. Этот регион нынешней Украины, входивший в состав бывшего СССР, Российской империи и Австро-Венгерской империи, граничит с Румынией, Венгрией, Словакией и Польшей, являющихся на сегодняшний день активными союзниками США, членами НАТО и ЕС. Русины проживают во всех приграничных с Закарпатьем Украины странах. Русины также проживают в сербской Воеводине, и не следует исключать, что США будут продолжать процесс дальнейшего дробления Сербии за счет активизации русинского вопроса и венгерской диаспоры в этом крае. В целом, учитывая американское ручное управление Украиной и ее ускоренный евроатлантический курс, геополитическая расстановка сил в регионе сложилась не в пользу России. Следует принять во внимание, что по оценкам специалистов Закарпатье дает четверть бюджета Украины. Основная доля поставок газа из России в Центральную и Западную Европу проходит через территорию Закарпатской области. Это самая крупная газокомпрессорная станция в Европе (Часловцы), самая крупная в Украине газоизмерительная станция ГИС Ужгород, именно в регионе компактного проживания русинов магистральный газопровод делает три ответвления – на Словакию, на Венгрию, на Румынию (См., Русины Подкарпатской Руси должны включиться в урегулирование газового конфликта, развязанного Украиной, 21.01.2009). Через регион проходят стратегические сухопутные транспортные коридоры, связывающие Европу и постсоветское пространство: «через нашу республику проходит ЛЭП "Мир" по направлению Восток-Запад, кроме того через нашу территорию проходит и ЛЭП Север – Юг из Словакии в Румынию. В отношении железнодорожного транзита и вовсе не говорю. Основные потоки с широкой на узкую колею проходят только через белорусский Брест и русинский Чоп. Вообще, созданные еще в советские времена системы трубопроводов, линий электропередач – это символ взаимосвязанности Центральной, Юго-Восточной и Западной Европы и Москвы. Еще военные стратеги в 1945 году говорили: "Русин стоя на пороге своего дома, сразу стоит на пороге пяти государств» (Василий Иванович Паук, министр иностранных дел Республики Подкарпатская Русь).

Поэтому «русинский вопрос» де-факто вплетен в региональную геополитику и геоэкономику стран Центрально-Восточной Европы и может дестабилизировать или существенно повлиять на повестку дня России – США, России – НАТО и России – ЕС. Вряд ли сегодня кто-либо будет оспаривать факт, что «русинский вопрос» в своем потенциале может дестабилизировать энергетическую безопасность Европы и эффективность развития российско-германских и российско-итальянских отношений. При этом Киев демонстративно переведет стрелки за дестабилизацию на Москву, которая якобы «поддержала» сепаратизм русинов.

Оценка рисков должна опережать стратегические решения, поскольку при определенном сценарии обострения «русинского вопроса» и непродуманной реакции Москвы, последствия могут привести к удару по России и «Старой Европе» на фоне не начавшегося строительства Североевропейского газопровода по дну Балтийского моря («Северный поток») и «Южного потока».

СВЯЗЬ ГЛОБАЛЬНОЙ И РЕГИОНАЛЬНОЙ ГЕОПОЛИТИКИ С «РУСИНСКИМ ВОПРОСОМ»
Глобальная геополитика, затрагивающая американо-российские отношения и баланс сил на постсоветском пространстве, претерпевает временную стратегическую паузу. Россия слаба и эта слабость ощущается в ограниченности инструментария и средств в отстаивании своих легитимных интересов на постсоветском пространстве в рамках российско-американских переговоров. Основная проблема заложена в идеологической раздвоенности России. Во-первых, РФ пытается представлять себя западному миру как цивилизованное демократическое государство и опасается потерять эту репутацию, а во-вторых, пытается использовать имперский стиль в практике ведения внешней политики, одновременно категорически страшась и открещиваясь от имперскости, особенно русской. США, в свою очередь, отстаивая свои имперские интересы, не собираются признавать легитимность сферы влияния РФ на пространстве бывшего СССР. Россия, в силу своей раздвоенности и непоследовательности, мало, что может противопоставить этой позиции. Москве остается политика неэффективного сдерживания США и ЕС, а также отдельных болезненных укусов. Стратегическая задача США по ядерному разоружению России, ее ослаблению и дезинтеграции не просто не снята, но еще больше набирает актуальности на фоне усугубляющегося мирового финансово-экономического кризиса, развернутой стратегии «охвата России» и создания военных баз по ее периметру. Но США не способны осуществить свои планы без мобилизации НАТО и всей Европы с одной стороны и дестабилизации периферии России с другой. Нужен хорошо подготовленный, идеологически корректный и управляемый со стороны США и НАТО кризис. В текущий момент взята стратегическая пауза, поскольку США задействованы в попытке смены режима в Иране, организации там новой «цветной революции» (не исключающей вариант военного решения иранской ядерной проблемы) и в подготовке возможной военной реакции на «Северокорейскую проблему».

С другой стороны, расконсервированный американцами «русинский вопрос» в конце 2008 года и начале 2009 года временно «заморожен» по причине готовящегося визита в Россию президента Б.Обамы в июле 2009 года и нежелания обострять непростую