"Zabytyje" istoriji russkoj Galiciji (1)

 

«Забытые» истории русской Галиции 

Именно в середине ХІХ века властями Австро-Венгрии началось «изготовление» галицких украинцев, т. е. народа, оторванного от своего русского корня, противостоящего во всем русской идее, чей морально-политический облик взят сегодня за образец подражания во всеукраинском масштабе. История галицко-русского движения (оно же карпато-русское движение, русофильство или москвофильство), зародившегося на западных границах Русского мира, насчитывает около 200 лет. Официальной датой возникновения культурно-политического москвофильства принято считать период, последовавший после подавления русскими войсками революции 1848‑1849 гг. в Австро-Венгерской империи.
 
В советской историографии это событие позиционировали как жестокое подавление свободолюбивых порывов венгерского народа. Такая однобокость не позволяла видеть главного: венгерские власти в борьбе за независимость от австрийцев впали в иную крайность — бескомпромиссное подавление самосознания славянских народов, которых подвергали жесткой мадьяризации, в т. ч. тех, кто считал себя русскими.

В те годы набирало мощь панславистское движение. Сербская, хорватская, чешская, словацкая, польская интеллигенция грезила о духовном единении славян, но эти мечты оставались несбыточными. Словак Людевит Штур с горечью описывал неспособность славян договориться друг с другом, и именно этим объяснял слабость славянских государств Европы, павших одно за другим под натиском более организованных германцев.

Из мозаики славянских народов он особо выделял русских, сумевших создать самое большое в мире славянское государство: «Совершенное исключение составляют русские, и при этом, в высшей степени замечательное, что не сами славяне закладывают Русское государство, и с самого его начала развивают всеподчиняющую силу, единящую разрозненные части в одно великое целое. Эта из чужа привитая Руси сила принялась в способном русском народе и перешла в наследство к носителям высшей в нем власти. Она существенно содействовала тому, что Русское государство не только пережило все другие славянские государства, но и сложилось так, что своею величественною громадою представило единственный и могущественный оплот против дальнейшего напора чужеземных стихий в нашем мире и отразило этот напор на всех точках».
 

Тогда же забурлила живительным источником творческая активность карпато-русских будителей, а среди них мы можем назвать Ивана Орлая, Юрия Венелина, Богдана Дедицкого, Василия Ваврика и еще сотни других, которая способствовала знакомству западно-украинского населения с русской культурой и русским языком. Его сходство с карпатскими говорами настолько бросалось в глаза, что дало основания галицким русофилам провозгласить русский язык наиболее чистой и грамматически правильной формой местных диалектов, которые тоже назывались «русскими».
 

Поэтому революционные события 1848‑1849 гг. следует считать датой зарождения политического русофильства, которое отныне не желало ограничивать себя историко-просветительскими рамками. С тех пор все чаще и громче звучали призывы к единению со всем великорусским народом, а в западно-украинских областях, прежде всего, на Закарпатье, укреплялись позиции русского языка, и росло число сторонников русофильской идеологии.
 

Приблизительно в то же время, в том же ХІХ в., властями Австро-Венгрии началось «изготовление» галицких украинцев, т. е. народа, оторванного от своего русского корня, противостоящего во всем русской идее, чей морально-политический облик взят сегодня за образец подражания во всеукраинском масштабе. Тогда Галиция была частью Австро-Венгерской империи, где этническое инакомыслие жестоко подавлялось.

Венгры безжалостно давили словаков (даже национальный поэт Венгрии Шандор Петефи был мадьяризированным словаком Александром Петровичем). Австрийцы же, совместно с поляками, главную угрозу видели в русских. С опорой на искусственно созданные украинофильские организации Вена успешно проводила политику жесткого подавления любой русскости в западно-украинских землях, используя различные методы — от униатской и католической церкви до террора.
 

Но ячейки русофилов продолжали действовать, создавая образовательные учреждения патриотической направленности. Одним из самых известных учреждений подобного рода в Галиции было Общество им. Михаила Качковского. Сам Качковский (1802‑1872) был публицистом и меценатом, жертвовавшим немалые средства на общественные нужды. Иногда даже в ущерб себе, экономя на чем только можно.

В 1861 году, благодаря его стараниям, во Львове появилась газета «Слово». Пожертвованных Качковским 3000 гульденов хватило на зарплату редакции. Позже финансовую помощь издательству оказывал Григорий Яхимович, галицко-русский греко-католический деятель, епископ Перемышльский и митрополит Галицкий. «Слово» было настолько популярным среди читателей, что вскоре денежная помощь Качковского была не нужна. Все расходы окупались за счет продаж газеты. Небогатый, но щедрый на пожертвования Качковский умер во время путешествия по России и был похоронен в Кронштадте, но память о нем среди карпато-русских патриотов жила.
 

В 1874 году галицко-русский писатель, священник Иван Наумович учреждает в Львове в память о нем галицко-русское образовательное Общество им. М. Качковского. Члены общества занимались распространением грамотности среди русинского населения Галиции, знаний в области аграрного хозяйства и пчеловодства, а также словесности и истории. Исторические и филологические искания были в работе общества приоритетным направлением. Видя, как австрийские власти руками созданных ими же украинофилов расправляются с карпато-русским движением, члены общества приложили немало усилий для освещения этого нелицеприятного факта, чем вызывали еще большую ярость в новоявленной предательской среде. Многие проавстрийски и пропольски настроенные ее адепты узрели (и не без оснований) в создании Общества им. М. Качковского попытку нейтрализовать влияние немецкой и польской культурно-просветительской организации под вывеской «украинской» «Просвіти».
 
Одним из деятелей «Просвіти» был поляк Паулин Свенцицкий, пропагандист идей польско-украинского единения для противостояния Москве. Поэтому в «Слове» деятельность «Просвіти» была охарактеризована как «польская интрига». Для противодействия польской пропаганде Общество им. М. Качковского издавало для народа книги и прокламации, открывало по городам и весям бесплатные читальни, приюты для бедных и училища для крестьянских детей. Членами общества становилось все больше людей. Вскоре их численность превысила 4000 человек. По всей Галиции открывались филиалы общества (Самбор, Сянок, Жолква, Броды). Все большее число крестьян видели в православии и России не оккупанта, как о том разглагольствовали власти, а свой духовный ориентир. Участились случаи возвращения униатов в православие, что вызывало гнев австрийских властей. Во главе общества в разное время стояли Филипп Свистун, Осип Мончаловский, Богдан Дедицкий. Они открыто выражали свое негативное отношение не только к образовательному процессу в Австро-

 

Part 2:

Владислав Гулевич